Но скрученная в шесть витков кожа кирасы выдержала удар острия. Локланн выбил шпагу из руки врага. «Ах, но, дон Мивель!» – воскликнул молодой воин рядом с кальдом. Старик фыркнул, ловко перехватил рукоять топора и с силой подземного тролля выдернул оружие из рук Локланна. Локланн видел глаза старика, говорившие «Смерть!». Дон Мивель занес топор, но Локланн нажал на курок пистолета, на лету поймал падающего дона Мивеля, сдернул золотую цепь и надел себе на шею. Клинок шпаги прозвенел у его шеи. Локланн поднял топор, покрепче уперся подошвами в плиты мостовой и ударил.

Цепь защитников прогнулась, подалась.

Вдруг шум послышался за спиной Локланна. Обернувшись, он увидел блеск оружия за спинами своих людей. Проклятье! Во дворце было гораздо больше людей, и пока одни держали главный вход, остальные теперь атаковали его с тыла!

Острие шпаги вонзилось в бедро. Он почувствовал лишь слабый укол, словно ужалила пчела, но гнев затянул глаза красной пеленой.

– Чтоб ты заново родился такой же свиньей, как сейчас! – взревел он. Почти ничего не видя, он бешено завертел топором. Ему удалось очистить пространство вокруг себя вырваться из кольца и взглянуть на бой со стороны.

Напавшие с тыла были преимущественно дворцовой охраной, судя по их полосатой форме, пикам и мачете. Но среди находилась дюжина людей в одежде, которой Локланну еще видеть не приходилось. У них были черные волосы и очень смуглая кожа, как у инджийцев, хотя чертами лиц они больше напоминали людей белой расы. Кожа была плотно покрыта сложными синеватыми узорами, одеты эти незнакомцы были только в какие-то цветные простыми вокруг бедер и венки из цветов. Иноземцы с феноменальной ловкостью манипулировали ножами и дубинками.

Локланн разорвал штанину и взглянул на рану. Ничего серьезного. Куда тяжелее приходилось сейчас его людям. Морк сунна Бренн с занесенным мечом ринулся на одного смуглокожего иностранца, довольно плечистого малого, на котором кроме простыни на бедрах была еще блуза с кружевами.